1965 год

Перед выездом на аэродром для встречи космонавтов в маршальской столовой 10-й площадки собрались Королев, Келдыш, Тюлин, Руденко, Ишлинский, Пилюгин, Правецкий, Керимов, Бармин, Шабаров и я. Королев предложил тост за сотрудничество, он сказал: «Друзья, перед нами Луна, давайте же дружно работать ради великой цели освоения Луны! Помните, как дружно работал наш коллектив?» Сидевший рядом со мной Бармин прошептал: «Работали дружно, когда все были главными, а теперь один Главный конструктор и один Главный теоретик...»

Да, былой дружбы в большом коллективе главных конструкторов давно уже нет, и виноват в этом в немалой степени сам Королев — он деспотичен и часто опрометчив в своих решениях. Местные остряки прозвали Королева «Скорпионом-4». Дело в том, что, когда полигону Байконур угрожает опасность со стороны какой-либо разведывательной агентуры, Генштаб немедленно сообщает об этом короткими кодированными сигналами: «Скорпион-1» — означает, что в поезде мимо полигона едут разведчики, они могут пеленговать работу радиостанций и тем самым установить координаты и количество стартовых площадок; «Скорпион-2» означает пролет разведчиков в самолетах ГВФ, а «Скорпион-3» — другие более серьезные акции вражеской разведки. По любому из этих сигналов жизнь на полигоне на несколько минут замирает... 18 марта на старте имел место такой инцидент. До пуска «Восхода-2» было еще более двух часов, подготовка ракеты, корабля и экипажа шла точно по графику, все было спокойно. Королев, Бармин, Северин и я находились у ракеты и вели разговор о задачах подготовки очередных полетов. В одну из пауз Северин неожиданно спросил Бармина: «А вы знаете, как на полигоне называют Сергея Павловича?», — и начал рассказывать о «Скорпионах». Королев бурно реагировал, вспыхнув, он заявил: «Фашистским скорпионом я никогда не был, «Скорпион-4» — неумная выдумка недалекого человека. Я надеюсь, что мои друзья не будут распространять обо мне подобные пошлости». Выпалив эту тираду, Королев отошел от нас, наступило неловкое молчание. Больше всех переживал Северин. Своей неудачной шуткой он очень больно задел своего старшего друга. Сергей Павлович относится к Гаю Ильичу с отеческой добротой, он ценит его инженерный талант и ждет от него многого. Королев, бесспорно, сделал для наших побед в космосе больше, чем кто-либо другой, и его имя должно быть не рядом, а впереди имен всех наших космонавтов. Я глубоко убежден, что так и будет. Королев отличный организатор, талантливый конструктор, у него много хороших идей, он многое делает для того, чтобы советский человек первым ступил на Луну.

Дальше >>

Поиск